Киприан Инок (Бурков)

Киприан Инок (Бурков)

Награждение: 2018

Валерий Анатольевич Бурков, Герой Советского Союза

В Афганистане ему выпало исполнять одно из самых опасных воинских ремесел – быть передовым авианаводчиком, управлять авиацией над полем боя и под огнем противника наводить вертолеты и самолеты на наземные цели. 

Киприан600x400.jpg

В ходе очередной операции в горах на высоте более 3-х километров, капитан Бурков подорвался на мине. В госпитале врачам удалось сохранить жизнь раненному, пережившему три клинические смерти, но он остался без ног с тяжелейшим ранением руки. 

Киприан600x400_3.jpg

Но Валерий Бурков научился ходить без трости, восстановил работоспособность руки и добился того, чтобы его оставили в Армии. И тринадцать лет еще прослужил в Вооруженных силах, летал и прыгал с парашютом, женился, создал семью, вырастил сына.

Киприан600x400_2.jpg

С детских лет Валерий Бурков мечтал пойти по отцовским стопам и стать военным летчиком. Получив высшее военное образование, летал на Дальнем Востоке в качестве авиационного штурмана на самолетах-ракетоносцах Дальней авиации, собирался вместе с отцом поехать в Афганистан и служить там. Но страшная болезнь - туберкулез легких остановила его летную карьеру и поездку. Когда спустя год из Афганистана пришло известие о гибели Буркова-старшего, Валерий вновь положил рапорт на стол командования со словами: «Прошу направить … Хочу быть достойным отца…» и через год добился своего.

Валерий Бурков.jpg

4ddcc2d8a3926760f91c54fef176fbcd.jpg

В армии ли, на гражданке ли, Валерий Анатольевич стремился быть полезным людям. Он помогал инвалидам, решал их проблемы, занимался проблемами других людей, потерявших здоровье, делал это в качестве советника Президента России, депутата. По его инициативе Генассамблея ООН провозгласила 3 декабря Международным днем лиц с ограниченными возможностями. Но в какой-то момент услышал новый зов: в 2016 году Валерий Анатольевич Бурков стал иноком Киприаном.

034c78868f4e258e1eb572934af06923.jpg

Он один из последних офицеров, получивших звание Героя Советского союза. «Монашеский подвиг гораздо сложнее, чем подвиг на войне и подвиг жизненный. Гораздо», - говорит инок Киприан в одном из интервью. О своём опыте Афганской войны Валерий Бурков рассказывает как о переломном моменте в жизни – по его признанию, война дала ему стержень, другое понимание ценности и смысла жизни.

«Именно там окрепли принципы, которые воспитывали во мне родители. Это потом помогло пройти искушение властью и деньгами без вреда для души», - считает он.

В 1984 во время операции в Панджшерском ущелье Валерий Бурков залез в грот, чтобы взять гранаты и пулеметную ленту, но, когда он выходил из грота, то наступил в самодельную мину, начинённую гвоздями. Ему оторвало одну ногу, вторая нога оказалась полностью разбита.

Когда к гроту подлетел вертолёт, ему негде было сесть на маленьком пятачке и офицеру пришлось с раздробленной ногой ползти по верёвочной лестнице. Так его смогли эвакуировать с места ранения и доставить сразу в госпиталь – это помогло Буркову выжить. Перед ранением ему приснился вещий сон о случившейся трагедии…

Во время операции Бурков трижды пережил клиническую смерть. Об этом опыте он часто рассказывает в интервью:

— Перед этим я чувствовал боль только в ногах. А тут я весь превратился в боль. Тяжесть была, как будто на тебе лежит камень весом в тонну. И вдруг мне стало как-то легко, свободно. Я, как будто отдаляясь, начинаю видеть себя сверху: сначала лицо и грудь в крови, потом ноги, из одной ноги торчат кости, другая — месиво. Врачи надо мной стоят. Я думаю: «Это мне снится?» Я как бы поднялся под потолок и ощущаю, как меня куда-то тянет. Вижу свет. Есть выражение «свет в конце тоннеля». Так говорят, потому что там окаемочка такая темненькая. «Бог есть свет» (1Ин. 1:5). И вот свет наполняет меня, я — в свете. Он необычный, неземной, очень яркий, но не слепит. Он согревает, притягивает к себе, и я вхожу в тоннель, медленно двигаюсь по нему и ощущаю, как все большая и большая радость охватывает меня, я начинаю наполняться счастьем, но вдруг что-то ужасное появляется из черноты, пытается схватить меня и утащить куда-то во мглу. А там — жуть. Почему? Как обрисовать? Небесное и поднебесное наш язык не может описать, потому что он предназначен для земной жизни. А потом движение прекращается, свет начинает рассеиваться, превращается в обычный и я — как бы сквозь дымку, расплывчато — вижу врачей и слышу голос: «Валера, открой глаза». И опять теряю сознание.

В армии он продолжил летать. Сразу после операции вспомнил летчика Маресьева, которому ампутировали обе ноги во время Великой Отечественной и постарался убедить себя, что на протезах сможет так же жить и делать своё дело. Говорит, что не переживал и не вспоминал больше никогда о потерянных ногах.

Христос сказал: «Се, стою у дверей и стучу. Если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему и с ним вечерять буду». И вот таких «стуков» в моей жизни было много, причем явных!», - рассказывает инок Киприан.

Через много лет после операции Валерий Бурков встретился со своим хирургом, которому он рассказал о своём потустороннем опыте. Врач ответил, что здесь нечему удивляться – три раза вытаскивали с того света.

IMG_3642.jpg

В Афганистан Валерий Бурков попросился не просто так – в 1982 году там погиб его отец. Посмертно его наградили Орденом Красной Звезды. Анатолий Иванович Бурков был призван в Афганистан в составе ограниченного контингента в 1979 году. Он погиб, спасая экипаж подбитого вертолёта Ми-8 – экипаж остался жив, а Бурков-старший сгорел внутри машины.

Валерий Бурков приехал в Афган, потому что обещал отцу приехать во время последнего разговора. Направление на войну он выпрашивал у начальства – его не хотели отпускать с Дальнего Востока, где он служил.

«Когда во время первой боевой операции я увидел убитых и раненых, я вам скажу, меня мутило, тошнило, в общем, было очень неприятно. Война - это психологическая травма в любом случае, потому что ты каждый день видишь смерть, кровь, трагедии. Хотя к смерти привыкнуть нельзя, но все равно включается какая-то внутренняя защита, и ты по-другому начинаешь воспринимать происходящее. И на войне ты постоянно стоишь перед выбором: преступить нравственный закон, Богом в нас вложенный, или нет», - признается инок Киприан в интервью.

1100ht_Par3.jpg

По мнению отца Киприана, он совершил один настоящий поступок на войне – не остался в стороне, когда начальство приказало расстрелять мирного афганца, которого вначале приняли за душмана. Солдаты, которым был приказ расстрелять, признались ему, что почувствовали большое облегчение, когда не пришлось расстреливать невиновного.

Часто в интервью отца Киприана спрашивают о том, не жалел ли он о том, что поехал в Афганистан на войну. Но Валерий Бурков сделал осознанный выбор и не жалел о нём. По признанию монаха, жить и умирать стоит за будущее детей, путь и не своей, а чужой страны.

О событиях той войны он сочинил песни, которые исполняет иногда под гитару и сейчас. А в песне поётся «Да за что же вы так меня, боги? Лежал я распятый на голой скале, стиснув зубы и сжав свои нервы». Творчество помогло преодолеть этот страшный опыт. По признанию офицера, для военных, которые провели в Афганистане длительное время, было очевидно, что война эта была не нужна, но служба есть служба – для потомственного военного не было сомнений.

«Я вам простой пример приведу, он красноречивей любых описаний. Это произошло на боевой операции. Наши саперы, как полагается, шли впереди, и случилось так, что духи выскочили прямо перед ними и в упор открыли огонь.

tild6337-6464-4538-b363-336534383335___dsc0031.jpg
 

Командиру, старшему лейтенанту, с которым мы только вчера чай пили, разговаривали, пуля попала в живот. А сержанту, который шел рядом с ним, пол черепа снесло - мозги просто наружу. И в таком состоянии он все равно оттащил своего командира, и только после этого умер. По сути дела, он не дал его добить, а сам погиб», - рассказывает монах в одном из недавних интервью.

Война изменила этого мужественного человека – после войны прорвались эмоции. Но самые серьёзные слёзы для него были связаны с Богом «я в жизни не думал, что так можно рыдать – из души шёл целый очистительный потоп», - рассказывает отец Киприан о своём опыте веры. После года в госпитале Валерий Бурков вернулся в армию, и тогда же, в 1985 году, встретил будущую жену Ирину. Познакомились она на курсе в Военно-воздушной академии имени Ю.А.Гагарина. После первого курса они поженились.

s.jpg

В 1994 году он крестился. Тётя Валерия сказала: «давай покрестим тебя». Но в следующий раз в храм Бурков пришел через 15 лет… из-за политики. Говорит, что не понимал, почему за хорошее дело и при народной поддержке его выгоняли из партии «Справедливая Россия». Из церкви его тогда просто выставил иеромонах – отправил домой готовиться к исповеди.

Бурков был и успешным бизнесменом, и политиком, а в 2016 года он постригся в монахи. Жена отпустила.

Страх смерти для нас естественен – мы были изначально сотворены для вечной жизни и умирать не должны были, - говорит он. Но важно не пускать этот страх, побеждать его.

«Я никогда не был атеистом. Но, когда впервые приехал в Оптину пустынь, и увидел там этих людей, которые стоят все такие грустные, в простеньких одеждах, то подумал «вот, бедные, жизнь у них не удалась, поэтому они и в Церкви», - рассказывал отец Киприан в интервью. По его словам, когда в своей мирской жизни он познал огонь, воду и медные трубы, и всё уже стало примерно понятно, то у него появилась мысль о том, а что дальше? Сам монах называет этот период жизни профессиональным выгоранием, чувством сильной усталости от людей. Мысль о монашестве пришла к Валерию Буркову во время молитвы. Сам он говорит об этот не как о своём решение, а как о чём-то, данном свыше. И говорит об этом с благодарностью.

До того 2016 года Валерий Бурков руководил центром реабилитации военных инвалидов. По словам инока, для него это был непростой, но важный опыт. Люди часто приходили с очень сложными проблемами и склонностью к иждивенческому поведению – мало кто говорил ему «спасибо» за его тяжёлый труд.

«На постриг меня благословил старец Илий. Когда мы, группа мирян, пришли к нему, то все задали свои вопросы, а я не хотел беспокоить этого уважаемого человека. И вот, в конце встречи, когда я один ничего не спросил, отец Илий толкнул меня кулаком в спину и сказал: «спрашивай».

33.jpg

А у меня был один вопрос: «благословляет ли меня Господь на постриг?» - рассказывает Бурков в одном из интервью. По его словам, этот вопрос его интересовал давно, но, когда на богословских курсах он задал его преподавателю, то тот ответил, что к мыслям об уединении Валерия Буркова подталкивает эгоизм. Но, по словам, инока Киприана, такой публичной жизни как после пострига, у него не было даже в то время, когда он занимался политикой.

Старец Илий тогда долго хранил молчание, а потом внезапно благословил Валерия Буркова и тут же ушёл.

В материале использованы фото из архива Фонда Андрея Первозванного и открытых источников