Проект «Рубежи России», организованный Фондом Андрея Первозванного и АО «Гидрострой», уже много лет соединяет курильских пациентов и врачей из самых отдаленных уголков нашей страны. Среди его участников — врач-гинеколог, руководитель Центра женского здоровья клиники «МЕДИК» Ирина Кузьмина. С 2018 года она регулярно отправляется на Курильские острова, чтобы оказывать помощь женщинам там, где доступ к узкопрофильным специалистам ограничен. В интервью Ирина рассказала о работе вне привычных условий, людях Курильских островов и внезапных решениях, которые становятся многолетними традициями.
— Как вы узнали о проекте «Рубежи России»?
— О проекте я узнала в 2018 году от коллеги, которая изначально должна была поехать в экспедицию, но из-за некоторых обстоятельств ей пришлось отказаться. Она предложила свое место мне, за что я ей бесконечно благодарна. Мне, разумеется, было любопытно, что это за проект, куда это я поеду. Первым делом я посмотрела на карте, куда предстоит отправиться, и без раздумий согласилась.
— Сколько экспедиций у вас уже за печами?
— Учитывая двухлетний перерыв из-за пандемии, это, кажется, седьмая экспедиция.
— Какими были ваши ожидания перед первой поездкой, и насколько они оправдались?
— Из ожиданий были ежедневная трудоемкая работа с людьми из глубинки, холод, ветер и долгий путь. Я намеренно не читала подробностей о регионе, только взглянула на карту. Хотелось по-настоящему удивиться и узнать все самостоятельно. Когда мы прибыли на остров, ни ветер, ни холод не смогли затмить его уникальную красоту и атмосферу, а население оказалось очень даже грамотным во многих вопросах.
— Получается, вы принципиально не строили никаких ожиданий и ехали почти «вслепую»?
— Так и есть. Конечно, меня оповестили о том, какие расходники и снаряжение понадобятся, но морально я была готова ко всему. Прежде всего — узнать новое и по-настоящему удивиться.
— Многие врачи, которые, как и вы, участвуют в проекте не первый год, отмечают, что качество жизни и медицинского оснащения на Курилах значительно улучшились. Почему тогда экспедиции все еще сохраняют актуальность и по сей день?
— Действительно, администрация делает многое для улучшения жизни в городе. Появились асфальт, беговые дорожки, спорткомплекс, бассейн и кинотеатр. И, несомненно, новых специалистов становится больше. Тем не менее мы продолжаем приезжать уже скорее в роли экспертных врачей. Дело в том, что некоторых узких специалистов на острове пока нет, ведь штат формируется с учетом численности населения. И пока остаются подобные ограничения, наша помощь по-прежнему востребована.
— Зачем эти экспедиции самим врачам?
— Лично для меня, участие в экспедициях — это не только возможность помочь и проконсультировать людей дальнего рубежа, которые с нетерпением ждут тебя каждый год. Это еще и способ перезагрузиться. Я перестраиваюсь, успокаиваюсь от города, отдыхаю от своей ответственной работы. Здесь я просто врач, а не руководитель, как у себя в регионе.
— А как это влияет на вашу врачебную практику? Дает ли это какой-то уникальный опыт?
— Такая работа требует индивидуального подхода к каждой пациентке с учетом местного климата, а также ее работы и образа жизни. Здесь развивается особенная внимательность и чуткость к пациентам.
— Что вас удивило в быту, в культуре, в отношении людей на Курильских островах?
— Люди там показались мне более закрытым. Они не делятся семейными проблемами, не говорят на особенно личные темы. Но что действительно произвело впечатление, так это дисциплинированность пациентов. Если здесь, в городах центральной России, часто приходится подолгу объяснять, почему нужно принимать какое-то лекарство, то там человек просто следует рекомендациям, и все. Приезжаешь через год, а пациент все еще на том же препарате, ничего не нарушает. Они не спорят. В отличие от жителей наших регионов, которые тебя расспрашивают: «Зачем?», «А почему?», «А я читала...», они сразу все понимают и просто выполняют предписания. Вот эта дисциплинированность и отличает жителей отдаленных регионов.
Удивила и малоподвижность местных. Это, скорее всего, связано не столько с культурными особенностями, сколько с условиями жизни на острове. На утренних пробежках попадались единицы, а бегали мы с коллегами каждый день. При этом и в течение дня, когда мы перемещались на автобусе или выходили на обед, гуляющих было все так же немного.
— Как проходит ваша подготовка к экспедиции?
— Все участники с нетерпением ждут звонка от организаторов в конце марта о том, что поездка состоится. Тогда я начинаю готовиться: достаю свой традиционный синий чемодан для экспедиций, ежегодную форму, привычный набор одежды, а также составляю список того, что нужно взять дополнительно. Затем оповещаю начальство о поездке, к чему оно тоже уже готово. И в путь!
— Расскажите о вашем рабочем дне на островах: сколько пациентов вы обычно принимаете, с какими вопросами чаще всего обращаются, есть ли у вас время, когда можно просто «выдохнуть»?
Мы работали с 9 до 18 с перерывом на обед. Трудились мы порой и всю неделю без выходных, принимая больше 50 человек за смену.
Чаще всего обращаются с нарушением менструального цикла, жалобами периода менопаузы, и патологией шейки матки. Девочек с воспалительными заболеваниями тоже немало. К сожалению, не все мамы своевременно приводят девочек ко взрослому гинекологу в поликлинику, и проблемы сильно запускаются. Хотелось бы, чтобы дети посещали врача не только во время наших приездов, но и на постоянной основе.
После работы всегда находилось время для отдыха. Спасибо организаторам за то, что возили нас смотреть местные достопримечательности. Мы практически каждый день посещали шикарные горячие ванночки, и все это действительно расслабляло после трудового дня. Вот именно эти часы отдыха и общения с коллегами помогали не выгорать в рабочие будни.
— Считаете ли вы, что опыт, полученный на Курилах, можно масштабировать и для других отдаленных территорий? Что для этого нужно?
— Камчатка, Якутия и другие отдаленные территории также нуждаются в подобных проектах. Это тот же север. Для их реализации, очевидно, нужны заинтересованные люди: и организаторы, готовые взять на себя ответственность за проект, и спонсоры, без поддержки которых не обойтись. А вот найти врачей-волонтеров, уверена, вообще не составит труда. Отзовутся.
— С какими трудностями вы сталкивались в экспедициях и как вы с ними справлялись?
— Как и в любой дальней поездке, есть ситуации, зависящие только от погоды. Иногда из-за тумана и ветра вылететь просто невозможно, и мы вынуждены часами сидеть в аэропорту. Или же приходится переживать шторм на теплоходе, запасаясь таблетками «Драмина» (средство от укачивания). Все это, конечно, очень тяжело.
Как справлялись? В аэропорту мы ждали, общались, перекусывали, на теплоходе — просто спали. И все это пережили. Мы же люди закаленные, не в первый раз с таким сталкиваемся и уже морально готовы к подобным вещам.
Как раз в 2018 году, во время моей первой поездки в неожиданное и неизведанное, наша команда попала в шторм. Мы плыли на теплоходе Фархутдинов из Корсакова, когда я впервые узнала, что у меня есть морская болезнь, и столкнулась с ней по максимуму. Буквально выползая на берег Итурупа, я, честно говоря, совсем не восхищалась местными красотами. Первая мысль была: «Нет, я больше никогда сюда не поеду!». Но прошло полдня, настроение изменилось, самочувствие улучшилось, и неприятности забылись.
— А какие эпизоды из поездок вы вспоминаете с улыбкой?
— Их много. Прежде всего, сами люди. С 18-го года они встречают тебя с распростертыми объятиями, искренне радуются, словно родному человеку, пытаются вручить тебе местные угощения. А еще восторг от встречи с природой: морем, океаном, даже холодной водой, в которую бежишь с детским восторгом. И, конечно, песни в автобусах в долгих поездках.
— С какими чувствами вы возвращаетесь домой?
— Я возвращаюсь с такой энергией, что готова приступить к работе уже на следующий день. Само собой, за время экспедиции начинаешь скучать по близким, коллегам и пациентам. Чувствуется и некоторая гордость, когда менеджер по рекламе публикует в рабочем чате новости о моих поездках. Коллеги, бывает, завидуют, но при этом признаются, что не были бы готовы сами отправиться в подобное путешествие.
— Если вам предложат поехать снова, вы согласитесь?
— Безусловно. И так, поверьте, ответит любой член экспедиции, который был там много раз.
— Возможно, за годы экспедиций у вас сложились общие традиции?
— Есть такой ритуал: независимо от погоды, мы обязательно окунаемся в Охотское море и Тихий Океан. Температура может быть 11–16 градусов, но это нас не останавливает. Изначально, в 2018 году, я была единственной, кто осмелился искупаться, а позже ко мне присоединился врач ЛФК Олег Гусев, и мы стали делать это ежегодно. С каждым разом нас становится больше, а в последний год желающих окунуться было пятеро. Ну и мы не пропускаем утреннюю пробежку перед рабочим днем по прекрасно оборудованным дорожкам.
— Когда экспедиция подходит к концу, хочется ли остаться дольше, или, наоборот, тянет домой?
— В нашей последней поездке в 2025 году мы провели 21 день на двух островах. Пожалуй, мне этого хватает, начинаю скучать по родным.
Но знаете, был период после 2018 года, когда я настолько влюбилась в остров, что готова была поехать туда работать по контракту на 5 лет! Обстоятельства, конечно, переменились, наступил ковид, жизнь стала другой. Теперь остается только ездить в экспедиции.
— Привозите ли вы домой что-то памятное?
— Каждый год, возвращаясь с Итурупа, я обязательно привожу с собой магнитики, футболки с медведями или котом Кешей, шоперы, брелки. Но самое ценное — это, разумеется, наши фотографии. Пересматриваешь снимки с членами экспедиций, вспоминаешь все еще раз и окунаешься в эту атмосферу.
— Что для вас Курилы?
— Курилы — это мой второй дом. Это давние друзья и коллеги. Это ещё одна моя семья, с которой не хотелось бы расставаться насовсем.