Нужда пришла

текст:Иван Петров фото: РБК 28.04.2020
Нужда пришла

В больших городах России стало значительно больше людей, вынужденных обращаться за бесплатной пищей и кровом. Православная служба «Милосердие» 22 апреля сообщила о печальном рекорде по итогам месячной работы — поступило почти 5 тыс. звонков от нуждающихся. Возле магазинов в крупных городах всё чаще можно встретить людей с протянутой рукой. «Известия» попытались разобраться, кому на Руси сейчас жить особенно тяжело.

Тревожные данные о ситуации с резким ростом обращений нуждающихся были опубликованы на официальной странице православной службы помощи еще в начале апреля. Тогда на базе службы «Милосердие» и Синодального отдела по церковной благотворительности был развернут московский церковный штаб помощи, а такие проекты, как «Ангар спасения» (дневной центр пребывания бездомных), «Группа работы с просителями» и «Справочная служба» перешли на усиленный режим работы.

— Многие люди впервые позвонили на Горячую линию церковного штаба: с 22 марта на телефон 8 (495) 542-00-00 поступило 4730 звонков, 1691 – за последнюю неделю, — подвели итоги месяца работы в организации.

На призыв откликнулись многие, добровольцами стали 425 человек, протянули руку помощи нуждающимся и несколько организаций. Одни компании пожертвовали деньги, другие накормили своей продукцией — например, крупный ритейлер предоставил две тонны круп, а сеть пекарен — высококалорийную выпечку. Для развоза продуктов известный автоконцерн выделил бесплатно семь автомобилей.

По словам пресс-секретаря «Милосердия» Александры Шибалиной, волонтеры и сотрудники службы помощи тщательно соблюдают меры предосторожности в связи с коронавирусом — один из дарителей обеспечил медицинскими масками и другими средствами защиты на месяц вперед. Однако введенные в связи с пандемией ограничения усложнили процесс оказания помощи бездомным.

— Некоторые пункты питания, например, привокзальные, начали закрываться. Наш проект «Ангар спасения» пока держится, нагрузка на него увеличилась. Из-за увеличенного потока людей и требования сохранять социальную дистанцию появились очереди. К тому же мы не можем дать возможность провести бездомному несколько часов в «Ангаре», чтобы помочь другим — выдать одежду и еду, дать возможность помыться. На территории «Ангара» может единовременно находиться не больше 15 человек, — говорит Александра Шибалина, подчеркивая, что число желающих получить помощь в этом проекте увеличилось как минимум вдвое.

Старейшая петербургская организация помощи бездомным «Ночлежка» также испытывает трудности. Но основные проекты продолжают свою работу.

— Проекты «Ночной приют», «Реабилитационный приют», «Дом на полдороги», «Ночной автобус» продолжают работать в привычном режиме. Эти проекты жизненно необходимы тем, кто оказался на улице, — говорит руководитель PR-отдела «Ночлежки» Екатерина Черемисина.

«Культурная прачечная» и «Консультационная служба» на время режима самоизоляции поменяли распорядок работы.

— С 6 апреля мы снова открыли «Культурную прачечную», но в целях безопасности изменили принцип ее работы. Теперь сюда можно принести комплект вещей, оставить их на стирку и сушку, забрать выстиранные вещи через два–три часа. Ждать внутри прачечной временно нельзя, — сообщила собеседница «Известий». По ее ощущениям, нуждающихся стало больше. Из-за пандемии организация приостановила работу «Душевой», «Пункта выдачи» и групп психологической поддержки в Зале ожидания.

Специалисты по социальной работе продолжают консультировать по телефону +7 812 407 30 90 во все будние дни с 10 до 17 часов (перерыв с 14 до 15).

— По телефону же можно договориться о потенциальном заселении в Реабилитационный приют. Каждый такой запрос рассматривается индивидуально, — сказала Екатерина Черемисина.

Типичная история

Ряды нуждающихся пополнились новым типажом. В «Милосердие» начали обращаться люди, в принципе, благополучные и законопослушные, но ставшие жертвами обстоятельств. Среди них, к примеру, много строителей. Виктор (имя изменено) родился во Владимирской области, 13 лет работал в Москве на стройке. Жил с коллегами по бригаде, обычно в общежитиях.

— Их было 15 человек, и в одночасье все они остались без работы. Какое-то время обходились деньгами, которые получили при расчете, но средства быстро закончились, — говорит Александра Шибалина. Мужчинам пришлось спать в общественном транспорте, в переходах, на вокзалах. Днем они приходят в «Ангар спасения», но с ночлегом у них по-прежнему трудности. Эту проблему частично решает мэрия столицы.

Большую работу в деле помощи бездомным проводит Центр социальной адаптации имени Е.П. Глинки Департамента труда и соцзащиты населения Москвы — там люди могут получить ночлег, пищу, постирать вещи и даже удаленно проконсультироваться с психологом. По данным на 23 апреля, в Центре заняты 565 мест, 251 свободно (на них оформляются 92 человека).

К любопытным выводам пришли авторы социологического исследования «Бездомные российского мегаполиса: социально-демографический портрет, траектории попадания на улицу и отношение к помощи благотворительных организаций».

Сотрудники лаборатории «Социология религии» из Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (ПСТГУ) опросили более 700 подопечных «Ангара спасения» и выяснили, что большинство бездомных Москвы — иногородние, приехавшие в поисках работы. Половина из них — люди среднего возраста, треть — предпенсионного, порядка 9% — молодые люди (19–30 лет). 85% — мужчины. Лишь 13% московских бездомных родились в столице.

Исследователи разделили контингент на три условные группы: «новички», «маятники» и «зависшие».

«Новички» (30% выборки) — живут на улице всего несколько месяцев. Москвичей среди них мало (8%). В большинстве случаев (84%) они не хотят оставаться в столице. Причем половина из них, в отличие от большинства представителей других двух групп, имеет где-нибудь собственное жилье. «Маятники» (34%) живут на улице от двух до 10 лет. Треть из них имеют возможность проживать по месту прописки или регистрации. «Зависшие» (36%) — это люди с самым большим бездомным стажем. «Половина оказалась без крыши над головой около пяти лет назад, четверть находится на улице уже более 10 лет. В Москве они живут дольше остальных. 38% из них хочет остаться в столице. Но проживать в своем жилье имеет возможность не более 15% «зависших». Представители этой группы менее социально защищены, чем остальные участники опроса: у них реже есть на руках документы, многие лишились жилья в результате мошенничества. «Зависшие» – это те, кому труднее всего уйти с улицы, кто нуждается в постоянной поддержке», — сообщают ученые.

Авторы исследования полагают, что своевременная профессиональная поддержка тех, кто хочет трудиться, поможет им изменить образ жизни и покинуть улицу. «Милосердие» при поддержке Фонда президентских грантов уже запустило подобную программу.

«За 2019 год 19 участников программы возвратились в свои регионы, возобновили работу, вернулись в семьи или восстановили контакт с родственниками. С января этого года в программе участвуют 27 участников. К нормальной жизни уже вернулись четыре человека, девять возвратились на улицу, а 14 человек продолжают реабилитацию. Процесс реабилитации может длиться от одного месяца до одного года», — говорится в пресс-релизе организации.

Вон из дома

Полулегальные общежития с трудоустройством и кормежкой, известные как рабочие (или работные) дома, сейчас переживают кризис. Их владельцы не в состоянии обеспечить постояльцев работой. Основная клиентура подобных заведений — освободившиеся из мест лишения свободы, страдающие алкоголизмом и наркоманией люди.

«В доме жрать нечего, мужики едят одну просрочку, потом с дальняка [туалета] не слезают, работа не поставлена, денег ни копейки никто не видит, кидалово», — пишет девушка, жившая в одном из подмосковных работных домов (орфография и стиль автора сохранены).

Действительно, маргиналы часто вынуждены питаться просроченными продуктами, которые добывают на помойках супермаркетов.

Паперть сменила локацию

Те, кто еще не готов добывать пищу в контейнерах для мусора, пытаются разжиться деньгами. Казалось, уже забытое попрошайничество у магазинов вновь вернулось на улицы больших городов. Кто-то с пониманием относится к чужой беде, кто-то с раздражением.

«Уже сегодня на Арбате ко мне ринулась группа молодых [гастарбайтеров]. Их явно уволили. Видимо, побираются. Хорошо я была почти у двери магазина и нырнула внутрь, услышав вслед брань», — пишет москвичка Елена К.

— Попрошайничество — это нарушение столичного кодекса административных правонарушений. Обычно тех, кто просит деньги на улицах, мы доставляли в управы, где на них накладывались взыскания, или их передавали социальным службам города. Но сейчас эта работа свернута, во всяком случае, в нашем районе, — рассказывает участковый одного из спальных районов столицы. По его словам, случаи попрошайничества у магазинов хоть и не носят массового характера, но само их появление — знак тревожный.

— От просьбы дать денег до требования отдать их — один шаг. В 90-е такие «стрелки» у магазинов делали нам статистику грабежей. Пока такого не наблюдается, но почва для противоправного поведения возникла, — говорит бывший оперативник столичного угрозыска.

«Известия»